П. обратилась в Прохладненский районный суд Кабардино-Балкарской Республики с исковым заявлением к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по Кабардино-Балкарской Республике о компенсации морального вреда на сумму 500 000 рублей, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности.

В обосновании исковых требований П. указала, что приговором мирового судьи судебного участка № 2 Прохладненского судебного района Кабардино-Балкарской Республики от мая месяца 2018 года она была признана виновной в совершении преступления, предусмотренного статьей 308 УК РФ и ей назначено наказание в виде штрафа в размере 20 000 рублей.

Затем, приговором Прохладненского районного суда Кабардино-Балкарской Республики от июля 2018 года приговор Мирового судьи судебного участка № 2 Прохладненского судебного района Кабардино-Балкарской Республики от мая месяца 2018 года в отношении нее был отменен вследствие не соответствия выводов суда, изложенным в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела и по предъявленному ей обвинению в совершении преступления, предусмотренном статьей 308 УК РФ, она была оправдана за отсутствием в ее действиях состава преступления.

Вместе с тем, за ней было признано право на реабилитацию и разъяснен порядок возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Поскольку моральный вред был причинен ей в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, осуществлявшегося органами, финансируемыми из федерального бюджета, обязанность по возмещению причиненного ей морального вреда должна быть возложена на Министерство финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации.

Так, привлечение ее к уголовной ответственности по статье 308 УК РФ было связано с возбуждением уголовного дела в отношении председателя Совета Прохладненского районного потребительского общества Кабардино-Балкарского Республиканского Союза Потребительских Обществ – Н., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 160 УК РФ, по которому она проходила свидетелем, так как   работала в Прохладненском РайПО и занимала должность бухгалтера.

В связи с возбуждением в отношении Н. уголовного дела, у нее неоднократно проводились обыски с целью изъятия всей бухгалтерской документации общества. Следователь практически еженедельно вызывал ее на длительные допросы и убеждал ее в том, что она совместно с  Н. расхитила имущество Прохладненского РайПО, вынуждая ее дать показания, изобличающие вину Н. в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 160 УК РФ. Ее постоянно держали в напряжении под угрозой возбуждения в отношении нее уголовного дела.

Кроме того, ее неоднократно вызывали в следственный отдел для оказания на нее психологического давления без проведения следственных действий, ей приходилось по нескольку часов проводить в коридоре в ожидании следователя, в связи с чем, она постоянно находилась на грани нервного срыва.

Вышеуказанные следственные действия длились более года, на протяжении этого времени она находилась в стрессовом состоянии, у нее появилась бессонница, потеря аппетита, поскольку сильно переживала, что ее могут привлечь к уголовной ответственности.

Для нее было сильнейшим потрясением, когда приговором Мирового судьи она была признана виновной в совершении преступления, предусмотренного статьей 308 УК РФ, которого она фактически не совершала, а только лишь пыталась защитить себя от незаконного преследования способом, не запрещенным законом.

Даже после привлечения ее в качестве обвиняемой, следственные органы продолжали запугивать ее и пытаться заставить дать следствию «нужные» показания.

На протяжении всего времени уголовного преследования она оспаривала свою виновность, в судебном заседании суда первой инстанции пыталась доказать, что она не совершала преступления, в котором ее обвиняют. Однако ее доводы не были приняты во внимание, что ставило ее в трудное положение и причиняло ей сильнейшие нравственные страдания, поскольку она всегда была законопослушным гражданином и впервые привлекалась к уголовной ответственности.

Во время проведения следствия, также после вынесения приговора, которым она была признана виновной в совершении преступления, предусмотренного статьей 308 УК РФ, она постоянно находилась в подавленном состоянии, боялась выходить на улицу, ей было стыдно смотреть в глаза своим близким родственникам, друзьям и знакомым, поскольку за всю свою жизнь не преступала черту закона, а будучи человеком преклонного возраста. Ее осудили как преступника, тем самым разрушив ее репутацию добропорядочной женщины.

На этой почве у нее резко ухудшилось состояние здоровья, появились постоянные головные боли и начались проблемы с давлением на фоне постоянного нахождения в состоянии нервного напряжения, в связи с чем она вынуждена регулярно принимать лекарственные препараты.

Таким образом, считает, что с учетом нравственных и физических страданий, которые она переносила, в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности, ей был причинен моральный вред, который фактически невозможно оценить, но поскольку по закону она имеет право на компенсацию морального вреда, то при таких обстоятельствах оценивает его в сумме 500 000 рублей.

В судебном заседании истец П. исковые требования поддержала в полном объеме по изложенным в иске основаниям.

Ответчик – Управление федерального казначейства по Кабардино-Балкарской Республике представило возражение, в котором просило в удовлетворении заявленных требований П. отказать в полном объеме и рассмотреть дело в их отсутствие.

В обоснование возражений Управление федерального казначейства по Кабардино-Балкарской Республике указало, что истцом – П. доказательств наличия физических и нравственных страданий, причиненных привлечением к уголовной ответственности, представлено не было, тогда как юридически значимым и подлежащим доказыванию обстоятельством по делу о такой компенсации является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий именно уголовным преследованием.

Исходя из указанного, следует вывод об отсутствии у истца совокупности правовых и фактических оснований для компенсации морального вреда как лицу, подвергнутому незаконному уголовному преследованию.

Поскольку вопрос о неправомерности действий должностных лиц СО МО МВД России «Прохладненский» в судебном порядке не разрешался, то вывод о наличии оснований для  компенсации морального вреда П. по указанным в исковом заявлении основаниям, является необоснованным.

При таких обстоятельствах, суду надлежит дать оценку добросовестности действий истца.

Исходя из материалов дела, П. не представлено доказательств, что состояние ее физического и нравственного здоровья ухудшилось в результате уголовного преследования, привлечения к уголовной ответственности и назначения наказания в виде штрафа. Суд полагает, что исковые требования о компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей не соответствуют требованиям разумности и справедливости, характеру перенесенных физических и нравственных страданий.

Согласно абзацу 3 статьи 1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу.

Абзацем вторым статьи 151 ГК РФ установлено, что при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В связи с вышеизложенным, решением Прохладненского районного суда Кабардино-Балкарской Республики от 28 октября 2019 года, исковые требования П. удовлетворены частично.

Взыскана с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу П. в счет компенсации морального вреда сумма в размере 50 000 рублей.

Решение вступило в законную силу, сторонами не обжаловано.